Необычайные приключения мистера Веста в стране большевиков

Какая гадостьПод пиво пойдётНи чё такАфигенноПросто бомба! (1 голосов, средняя оценка: 4,00 из 5)
Загрузка...

В отличие от современной киностудии, на которой работают тысячи людей, не знающих друг друга, а территорию надо объезжать на машине, на Третьей кинофабрике жил один сторож с семьей. Все знали друг друга. Дочь сторожа не отходила от меня. Девочка была больна корью, и я заразилась. Однажды утром температура у меня была 40, но не поехать на фабрику было нельзя, ибо снимаемую декорацию должны были в этот день ломать.

Я ехала на фабрику на трамвае, так как другого транспорта не было, и снималась целый день. Снимали в тот день арест бандитов и крупные планы членов шайки в тюрьме. Словами не передать боль в глазах, когда я приехала домой.

После окончания съемок в павильоне в феврале — марте снимали натуру. Поэтому в некоторых сценах был снег, а в других грязь. Снег тогда не убирали. На Поварской, когда снимали сцену погони, в колеях от колес был виден булыжник. (Асфальт был только у Большого театра и частично на Пречистенском бульваре.) Чрезвычайно интересны съемки проезда Барнета мимо храма Христа Спасителя.

Кончилась натура. Кулешов сел монтировать. Мы с Фогелем все время были при нем и до конца картины работали как монтажницы-склейщицы. Конечно, трудно переоценить ту пользу, которую нам принесло это занятие. Седьмого апреля картина была сдана, и на другой день я вынуждена была уехать в Петроград по срочным делам своей матери, несмотря на то, что со дня на день должна была состояться премьера «Веста» в кинотеатре «Художественный».

Я везла с собой письмо к Кресину — директору Ленинградской студии «Кино-Север», с которым Кулешов состоял в деловой переписке. Из Петрограда я писала Кулешову: «Пишу тебе каждый день. Ценишь ли ты это?.. Сегодня я пошла в «Кино-Север». Спросила т. Кресина. Мне сказали, что он говорит по телефону, и провели в большую комнату с деревянной балюстрадой (знаешь, как бывает в учреждениях), разделяющей комнату на две части. За ней сидели какие-то особы и писали. По стенам иностранные плакаты. Он сам говорил по телефону. Когда он кончил и подошел, я спросила, он ли тов. Кресин, и передала письмо. Он взял, и, не садясь и мне не предлагая стула, прочитал. Потом спросил, знаю ли я, о чем тут речь. Я сказала, что да. Он спросил, когда я еду, и просил зайти в субботу или понедельник, но я сказала, лучше субботу, т. к. за это время многое в смысле сроков должно выясниться. Он даст мне для тебя письмо и поговорит. Но я, конечно, буду слушать, что он будет говорить, а сама буду придерживаться безгласия. Интересно, что он тебе напишет... На сегодня кончаю. Пиши мне подробней и интересней новости. Что Топорков, сценарий? Билеты и просмотры? Целую тебя».

На следующий день, 11 апреля, я писала: «Я превращаюсь в тебя и начинаю волноваться... До сих пор нет никаких известий! Сегодня я наконец получила от Map. Влад. 1, где она очень мило пишет, что Топорков и Пудовкин пишут сценарий, а ты пришел домой поздно, но, кажется, ничего — бодрый. Сознаюсь, что меня это начинает мучить. Мысли о ребеночке-Весте, и о тебе, и о Топоркове с Пудовкиным. Даже сведения, что «пришел вечером Комаров. Попил и поел»,— меня порадовали... Теперь о деле! Мне очень трудно было выехать в воскресенье. Если особо нужно — пришли мне телеграмму или спешную почту. А то так нужно помочь Муле с перевозкой некоторой мебели и квартирой здесь. Во вторник или среду я могла бы выехать уже легко».

12 апреля я писала: «Я в некоторой степени потеряла покой и свое обычное внутреннее равновесие — так я все время думаю о Весте, о делах, волнениях и вьющихся по воздуху плакатах (в Москве!). Это на меня не похоже, но сердце не камень... Даже о тебе лично волнуюсь (хотя презираю это свойство в других людях).

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8



Буду благодарен, если Вы поделитесь с друзьями!

Давай, скажи всё что ты думаеш!