Литература зерцал.

Какая гадостьПод пиво пойдётНи чё такАфигенноПросто бомба! Проголосуй !
Загрузка...

Литература зерцал. Будучи ориентированы прежде всего на красоту слова и образ «куртуазного» героя, волшебно-авантюрные повести с поразительной легкостью вбирали всевозможный дидактический материал. Кроме того, некоторые из них являлись суфийскими аллегориями или содержали элементы таких аллегорий. Таким образом, они могли воздействовать на разум, а порой и на «духовное сердце». Однако специально на уровень разума были рассчитаны литература зерцал и исторические хроники.

В мусульманской традиции считалось, что человек наделен разумом от рождения, однако первоначально разум подобен бесформенной массе воска. Знание, оставляющее на «воске» свой отпечаток, может «лепить» человека как общественное существо, обладающее утонченной культурой чувств, мыслей и поведения (адаб), или как личность, устремленную к систематическому научному постижению (илм) различных сторон мироздания, и прежде всего изучению богословских дисциплин. Первую из этих задач и решала дидактическая литература зерцал.

В малайской традиции, как и вообще в традиции мусульманской, она включала собственно зерцала — «учебники» этики, житейской и государственной мудрости («Корона царей», «Сад царей»), краткие наставления для государей, обычно прозаические, реже — стихотворные, назидательные обрамленные повести («Калила и Дамина», «Повесть о Бахтиаре», «Повесть о мудром попугае»), а также большие и малые антологии учительного содержания («Повесть из разнообразных цветов», «Врата разума для вельмож» и т. п.) и поэмы, трактующие этические вопросы, иногда в форме аллегорий (например, «Шаир алиф, ба, та», где эти вопросы обсуждают буквы алфавита). Призванная правильно ориентировать поведение малайца-мусульманина, эта литература восходила по преимуществу к арабским, персидским и индо-персидским источникам, выступавшим, однако, не столько как образцы национально-своеобразных литератур, сколько как общий фонд мусульманской мудрости.

Если уже в волшебно-авантюрных хикаятах эпизоды жизненных странствий героя тяготели к отдельным замкнутым рассказам, то в литературе зерцал сравнительно краткие самодовлеющие рассказы представляли собой основную повествовательную единицу. Ее предназначение, однако, состояло не в том, чтобы изобразить очередное захватывающее приключение героя, а в том, чтобы, «разыграв в лицах» или воплотив в пластических образах определенную идею, «лепить» с ее помощью разум. При этом, если красота в волшебно-авантюрных повестях благодаря «косвенному выражению» могла воздействовать на душу через разум, то в «литературе зерцал» она превращала идею не только в «полезную для разума», но и в приятную для души и помогала пронизать ею все существо человека.

 



Буду благодарен, если Вы поделитесь с друзьями!

Запостить комент


Давай, скажи всё что ты думаеш!