Конфликт

Какая гадостьПод пиво пойдётНи чё такАфигенноПросто бомба! (3 голосов, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

Прежде всего различно художественное истолкование этих сцен. Случай со слюдой показан М. Авербахом как чисто бытовой эпизод, как протокольно зафиксированный камерой факт жизни, иллюстрирующий, но никак не вы­ражающий авторскую мысль. Собственно, и мысли-то ни­какой пет. Просто так, возможно, было, сообщают ав­торы, а что из этого следует, какое эмоциональное в п е ч а т л е и и с оставляет это событие—не ясно. Иначе говоря, факт этот пок'азан без четкого авторского отно­шения к нему, без необходимого в искусстве художест­венного обобщения.

Другое дело у Р. Кармена. Сцена высадки геологов, как мы уже имели случай заметить, трактуется режиссу­рой «Повести о нефтяниках Каспия» в прямо противо­положном ключе: авторски осмысленно, обобщенно. Она имеет ясно различимую романтическую окраску, в ней эмоционально воссоздана атмосфера опасного предприя­тия, своего рода подвига, совершаемого во имя большой цели первооткрывателями «новых земель». На такое истолкование эпизода «работает», в частности, и упомя­нутая деталь с змеей. Напомним, что сцена эта очень важна и в общем художественном замысле фильма.

Можно пойти поэтому пути дальше. Можно вспомнить кадры гибели мастера М. Каверочкина и других нефтя­ников во время шторма на Каспии из фильма «Поко­рители моря» (1959). Факт этот также восстановлен авторами, причем падение буровой вышки в море вос­произведено на макете. Казалось бы, куда больше: снято не репортажно, совмещено с макетом. . . Явная инсцени­ровка!

И все же даже здесь такого впечатления у зрителя не создается. Его вера в достоверность происходящего при появлении этого эпизода не разрушается опять-таки по­тому, что он трактован режиссером и оператором фильма с большой силой художественного обобщения, способст­вующей созданию на экране поэтического образа действительности, образа наших героических дней. А как было блестяще доказано еще Вертовым, подобный метод художественного истолкования жизни, если он не связан с актерской инсценировкой, не только не противоречит, но, наоборот, органически свойствен документальному кино.

В этом первое существенное отличие эпизода высадки геологов Р. Кармена (равно как и других аналогичных сцен) qt того, что мы видим в фильме М. Авербаха.

Однако если бы даже М. Авербаху удалось истолко­вать описанную сцену в плане не «бытовой», а «образ­ной» инсценировки, то и тогда нарисованная им картина не стала бы ни на йоту более достоверной. Как и в при­мере из киноочерка «На верном пути», здесь в еще боль­шей степени важно то обстоятельство, что мы, зрители, твердо знаем: документалисты эту сцену не снимали и снять не могли, ибо никто не предполагал, что Захаров откроет слюду, и никакого кинонаблюдения за ним

в тайге не вел. А следовательно, и верить в этот эпизод можно лишь постольку, поскольку верят обычно в худо­жественную правду актерского, игрового (но не докумен­тального!) фильма.

«Из всей практики документальной кинематографии, из самого существа этого искусства- вытекает, что един­ства, цельности фильма можно достигнуть только при од­ном условии, а именно: если идея, порожденная реальной жизнью, будет находить свое воплощение, свое логическое и художест­венное развитие в кадрах, фиксирующих жизнь»1.

Таково еще одно — и столь же важное — замечание в развитие нашего взгляда на природу восстановленных, свойственных кинопублицистике и инсценированных, чуждых ей сцен; таковы истоки появления обманчивого, фальшивого драматизма в некоторых документальных фильмах.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13



Буду благодарен, если Вы поделитесь с друзьями!

Давай, скажи всё что ты думаеш!