Кинематограф как фиксация театрального действия

Какая гадостьПод пиво пойдётНи чё такАфигенноПросто бомба! Проголосуй !
Загрузка...

В связи с разговорами о «возрождении» русской кинематографии (мы полагаем, что необходимо не «возрождение», а построение кинематографии) интересно поставить вопрос о возможности привлечения к кинематографу театральных работников.

Безусловно, театр и театральные работники не принесут на кинематограф ничего, кроме вреда.

Если мы займемся соответствующими экспериментами и наблюдениями, то без всякого труда установим, что на кинематографе лучше всего выходят вещи и построения реальные: деревенский пейзаж, городской пейзаж, человек на прогулке, человек за работой, лошадь, автомобиль, поезд, аэроплан, дерево и т. п. «Настоящие» вещи, «настоящая» обстановка, «настоящие» люди и выходят.

Условные — не   выходят.

Их условность на экране — неприемлемая условность.

Попробуем поставить перед аппаратом настоящий стул (лучше всего стул американской конторской мебели), а рядом великолепно написанный художником на холсте (написанный даже в самом натуралистическом плане). Затем произведем съемку и посмотрим, что получилось на экране: мы увидим, что настоящий стул вышел настоящим стулом, а написанный — условным. Причем зрительно мы воспринимаем работу художника как символ стула и почти как стул, а на экране воспринимаем холст, на котором написана краска.

Эксперименты над съемками условных и реальных вещей, а главным образом над съемкой «настоящих» людей и актеров приводят всегда к одному и тому же результату: условные вещи и условные люди (актеры) не выходят.

Посмотрим исторические картины. Ваш глаз без труда обнаружит их полную несостоятельность.

Современный театр, какого бы он ни был направления, в присущей ему атмосфере и в работе актера всегда имеет бутафорские и условные элементы, техника театра с ними неразрывно связана.

Как бы ни протестовали театралы, я утверждаю, что театр, идущий под флагом современного театрального искусства, по природе своей условен, а на закономерном театре бессознательно работают и примитивной кинематографической техникой. Поскольку театр связывается с кинематографией, постольку он является насильником кинематографической природы.

Меня не следует понимать так, что я приветствую на кинематографе работу Художественного театра. Художественный театр раньше всех потерпел на экране фиаско. (Работа Первой студии, значительно позже Таиров в «Покрывале Пьеретты» и Мейерхольд в «Дориане Грее» и «Сильном человеке».)

Невероятно трудно представить себе театралов, справившихся (конечно, если они будут работать в театральном плане и не начнут изучать кинематограф) с масштабом нашего ремесла. К сожалению, мы еще не могли установить такую закономерную форму (пределы) кинематографических масштабов, но во всяком случае театральные сажени на кинематографе равны сотням верст. Посмотрите хорошую американскую картину. Кинематограф требует чрезвычайной организации своего материала, чрезвычайно закономерной работы натурщика, которая строится в пластической категории для одной точки зрения (объектив), а во временной для метрики одного проекционного аппарата. На театре строят для сотен глаз и для сотен ушей, театральная закономерность для нас — хаос, театральная условность — смерть.



Буду благодарен, если Вы поделитесь с друзьями!

Давай, скажи всё что ты думаеш!