Изобразительное решение фильма

Какая гадостьПод пиво пойдётНи чё такАфигенноПросто бомба! (2 голосов, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

Рассмотрим прежде всего работу оператора над ки­нопортретом.

. Как и в игровом фильме, творческая задача доку­менталиста при съемке кинопортрета не сводится к правдивой обрисовке внешнего облика человека. Цель его гораздо серьезней, шире. Пользуясь доступными ки­нопублицистике средствами, он, как и всякий художник, стремится передать душевное состояние героя, подчерк­нуть индивидуальные черты его характера и через них — типическое содержание общественной жизни. Позже мы обо всем этом будем говорить подробно. Теперь же кос­немся этого вопроса лишь постольку, поскольку он связан с использованием некоторых особенностей изобразитель­ной формы кино.

Очевидно, что задача оператора, желающего правдиво запечатлеть психологическое переживание человека, по­следовательно сводится к двум пунктам: во-первых, он должен увидеть, уловить это переживание (причем не спутать естественность с неизбежным во многих случаях наигрышем), точно определив, таким образом, момент съемки, и, во-вторых, найти наиболее эффективный в дан­ных условиях способ фиксации съемочного объекта на кинопленку (план, ракурс, освещение, композицию кадра, объектив, выдержку и т. д.). Важно учесть также, что, поскольку речь идет о проявлении чувства, зритель дол­жен иметь возможность внимательно присмотреться к нему, проникнуться им, а для этого требуется известное время. Поэтому короткий кадр, удерживающийся на экра­не одну-две секунды, как правило, эту задачу не решает. И, наконец, «репортаж чувств» должен быть тщательно подготовлен кинооператором.

В фильме о ленинградском комсомоле «От сердца к сердцу», снятом операторами А. Погорелым и Н. Вино­градским, есть такой эпизод.

В дни блокады города четырнадцатилетний ленингра­дец Витя Петров заменил в заводском цехе своего уби­того гитлеровцами отца. Проходит несколько лет. И вот мы снова видим тот же цех завода «Электросила». Кадры летописи напоминают нам об этом случае. В цех входит Петров. Теперь он вырос, повзрослел, изменился. Если бы диктор не назвал его, мы вряд ли узнали в этом человеке знакомого нам худенького подростка.

Виктор Петров проходит по цеху, подходит к станку, на котором когда-то работал. Сейчас за ним стоит моло­дой рабочий паренек, чем-то неуловимо напоминающий самого Виктора, каким он был в прошлом. Виктор оста­навливается и долго, задумчиво, с едва заметной, радост­ной и вместе с тем, быть может, чуть грустной улыбкой смотрит на него. «Здорово, сменщик!» — словно читая его мысли, негромко говорит диктор. И следует длинная (около 10 секунд) пауза, сосредоточивающая наше вни­мание на взволнованном лице Виктора.

Чтобы подвести зрителя к этому кадру, тонко и худо­жественно выразившему внутренний мир человека, опе­ратор и режиссер затратили в общей сложности более 30 метров пленки. Пользуясь счастливо сохранившимися съемками летописи войны, они наглядно показали важнейшие вехи жизненного пути Виктора Петрова, об­рисовали в жизненном поступке его характер. Только в результате всего этого столь значительным и впечатляю­щим становится последний кадр сцены. И, с другой сто­роны, если бы не было в ней этого финального крупного плана героя, то она сильно проиграла бы и по своему ху­дожественному содержанию и в жизненной глубине.

Указанный прием создания психологизированного ки­нопортрета при всей его впечатляемости имеет, однако, весьма существенный недостаток: в нем не раскрывается специфика кино, относящаяся к тому, что это—искусство не статичного, не однозначного, а динамичного, наклады­вающегося одно на другое, движущегося изображе­ния. Между тем только при этих условиях кинематограф обретает свою полную художественную силу и в соответ­ствии с этим способность оказывать на наши чувства на­ибольшее эмоциональное воздействие.

Нижеследующий пример полностью подтверждает это.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13



Буду благодарен, если Вы поделитесь с друзьями!

Давай, скажи всё что ты думаеш!