История и принципы французского кино

Какая гадостьПод пиво пойдётНи чё такАфигенноПросто бомба! (1 голосов, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

После надписи, сообщающей, что «сегодня, 13 мая, Париж празднует...», через несколько кадров появляются слова: «...день Памяти Жанны д'Арк». С улицы Риволи, где республиканские гвардейцы дефилируют мимо позолоченной статуи, мы переносимся на площадь Этуаль. Здесь присутствует он, олицетворение власти. На трибунах генералы гнутся под тяжестью орденов и томящей их скуки, Он—самый высокий (по чину и росту) из всех этих высших офицеров — выступает, подняв руку к фуражке, украшенной двумя звездами. Затем он опускает руку, чтобы совершить очередное рукопожатие, сопровождаемое традиционным «очень рад снова увидеться с вами»; затем поднимает ее к своему августейшему лбу, опять опускает для рукопожатия с простым- смертным, затем поднимает, потом опять опускает, снова поднимает и сно-ва опускает... Какой актер! Жаку Тати, Бестеру Китону и тому, другому Чарли (которого тоже называют Шар-ло) следовало бы снова и снова смотреть этот эпизод.

Какие уроки высокого искусства они могли бы извлечь ИЗ «их!

За исключением эпизодов, подобных этому, блестящий писатель, каким является Маркер, совершенно отказывается от всякого блеска, сознательно отходит на второй план, чтобы «дать возможность видеть».

Благодаря такому сознательному отходу на второй план, сочетающемуся с яркой индивидуальностью и неиссякаемым пылом борца, он создает не только значительное произведение искусства, но и открывает новые пути французскому кинематографу и «кйноправде». Возможно, когда-нибудь, говоря об этом новом жанре, историки кино скажут, что после фильма «Прекрасный май» он стал совсем* иным.

Да, этот фильм открывает перед французским кинематографом новые пути. И если бы многие из наших кинематографистов пошли бы по проложенному Маркером шути, мы могли бы тогда превзойти наших итальянских друзей и снова стать во главе мирового кинематографа. «Киноправда»—это человек, стоящий на определенных позициях, а не машина, равнодушно фиксирующая все хорошее и плохое.

«Les lettres frangaises», 1963, № 977.

Перевод Е. М а г с к о й

Интервью с Фредериком Россифом

Почти с двухмесячным опозданием на этой неделе выходит «а экраны фильм «Умереть в Мадриде». В первый раз я встретился с Фредериком Россифом в конце февраля, буквально на следующий день после того, как стало известно, что в результате демарша со стороны министерства иностранных дел показ .фильма был запрещен. Он нервничал, и это было заметно. А за несколько недель до этого ему не разрешили выступить по телевидению с передачей, посвященной Сталинграду. Тогда он мне сказал: «Я не хочу быть жертвой, это не моя профессия». К счастью, все это сейчас уже позади.

Фильм Россифа произвел сильное впечатление на неофициальных просмотрах и был удостоен премии Жана

Виго. Запрещение было снято. Если бы этого не сделали то этот случай стал бы единственным в юридических анналах кинематографии, когда цензура выдала разрешение на прокат фильма до распоряжения министерства.

На этот раз я нашел Фредерика Россифа более спокойным. Между нами сразу же возникло взаимопонимание, хотя, известно, что за Россифом прочно установилась репутация человека, у которого трудно получить интервью.

Прежде всего я задал ему вопрос, который интересовал меня больше всего.

ВОПРОС. До разрешения демонстрации фильма вам, очевидно, было предложено сделать кое-какие купюры. Какие именно купюры вы сделали?

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69



Буду благодарен, если Вы поделитесь с друзьями!

Давай, скажи всё что ты думаеш!